Логотип Логотип Логотип Логотип
Интервью

Японцы придумали вид спорта ради букмекеров. Там ставят триллионы и зарабатывают миллиарды

В Японской лиге кейрина велосипедистов ради честности оставляют без связи.

В Японии так жестко контролируют букмекерский рынок, что легально можно ставить только на несколько видов спорта. Очень популярны традиционные скачки, доступны гребные и моторные соревнования на воде и мотогонки (спидвей, Формула-1) – исключительно соревнования в скорости. Среди разрешенных есть особенный вид – велогонки в классе «кейрин», их японцы придумали 80 лет назад специально ради ставок.

После Второй мировой войны японская экономика была в упадке, местным властям для восстановления нормальных финансовых процессов было важно перезапустить оборот денег. Первую кейрин-гонку провели 20 ноября 1948-го, формат и правила отличались от привычных на тот момент: гонщики стартовали группой из девяти человек, первые несколько кругов набирали темп за пейсмейкером, а затем соревновались в спринтерском финише.

Руководство Японии быстро зацепилось за популярность кейрина, при господдержке в разных префектурах появилось более 60 велодромов. Бетонный трек, 400-метровый круг, 35-градусные виражи – по базовым характеристикам все одинаковы. Позже популярность кейрина вышла за пределы Японии, этот вид гонок с адаптированными под международные треки правилами в 2000-м появился в олимпийской программе, однако там это одна из многих дисциплин, а в Японии – по-прежнему единственная и самая популярная.

Гонки на идентичных велосипедах без тормозов проходят по стране практически каждый день, в Японии 2500 лицензированных гонщиков – это лимитированное количество, за невысокие результаты гонщика могут лишить лицензии, и ее передадут более перспективному. Кейринистов в Японии обучают в специальной школе, туда можно прийти в любом возрасте, если сдать вступительные экзамены, но затем придется год выдерживать жесткий график с семью видами тренировок в день, чтобы получить шанс соревноваться среди элиты.

Кейрину в Японии посвящены два отдельных телеканала – там показывают только его и говорят только о нем. Ставки на результаты гонок можно сделать в онлайне, звонком по телефону, в специально оборудованных точках (они похожи на наши спортбары) и на самом велотреке. Основные виды ставок – на места в первой тройке: нужно угадать топ-2 или топ-3 на финише в правильном порядке (или в произвольном за меньший коэффициент).

Средний объем принятых ставок за последние годы – около 1,5 триллионов японских йен в год, это примерно 11 миллиардов евро (1 евро – 132 йены по действующему курсу, 1 рубль – 1,7 йены). Причем нынешние масштабы еще относительно скромные. Аудитория японского кейрина стареет и сокращается: например, в 1991-м велодромы страны в сумме посетили 27,4 миллиона человек, выручка составила 20 миллиардов йен, а в 2013-м посещаемость сократилась до 4,2 миллиона, выручка упала до 6 миллиардов йен.

Лигой управляет Японская ассоциация кейрина – JKA Foundation, по ее специальным приглашениям в гонках могут участвовать иностранцы. В 2014-м в Японскую лигу кейрина первым из россиян пригласили спринтера Дениса Дмитриева, на тот момент трехкратного чемпиона Европы (плюс бронзового призера в кейрине) и медалиста чемпионата мира.

За четыре сезона Дмитриев провел 124 гонки: 70 побед, 21 раз – второе место, еще 9 – третье. Денис попадал в тройку в 80 процентах заездов. Так выглядит профайл россиянина на сайте JKA. Чтобы разобраться, лучше пользоваться автоматическим переводом на английский.

Еще Россию в японской лиге формально представлял Шейн Перкинс: он получил гражданство РФ в августе 2017-го и после этого провел в Японии несколько гонок. Однако в японских протоколах Шейн по-прежнему отмечен как австралиец. Перкинса позвали в лигу еще в 2009-м, через шесть лет он стал первым иностранцем, выигравшим 100 гонок. На сегодня у Перкинса 247 заездов и 142 победы. Сезон-2018 и Перкинс, и Дмитриев пропустили.

Sport Connect связался с Денисом Дмитриевым, чтобы узнать, что такое финансово суперуспешный японский кейрин изнутри.

Школа, экзамены, экшн

– Японцы приглашают лучших по своей версии спортсменов мира. Меня позвали в 2014-м, в тот год я был среди шестерых новичков. Конкретные критерии держат в секрете, но я думаю, что важны не только титулы, но и манера езды: много экшена ты даешь или нет. По сути, туда зовут самых ярких призеров чемпионатов мира и Олимпиад.

JKA предлагает два вида контрактов – на 90 дней и на 180. Это число дней, которое ты должен провести в Японии. Необязательно подряд, можно прилетать-улетать, но должно набраться это количество. Когда приезжаешь в первый раз, проходишь двухнедельное обучение в кейрин-школе. Там японцы готовят кейринистов в течение года, но так как мы, иностранцы, на велосипеде ездить уже умеем, наш курс – ускоренный.

В школе обучают тонкостям правил (в Японской лиге кейрина они существенно отличаются от Олимпиад и чемпионатов мира) и культурным особенностям: например, ритуал выхода на старт – с поклоном. Разминку нужно закончить почти за час до начала соревнований, потому что организаторы тщательно проверяют каждый велосипед. Им важно убедиться, что технических проблем в гонке не случится – иначе люди, сделавшие ставки, будут недовольны.

По окончании школы – экзамен, он состоит из трех частей. Сначала письменные тесты по теории, потом сборка-разборка велосипеда, почти как с автоматом Калашникова: есть строгая последовательность действий, а если нарушаешь ее – штрафные баллы. Третья часть – практика, гонка в тренировочном режиме. Только после этого получаешь лицензию, она дает право участвовать в самих заездах.

Вложения, призовые, контакты плечами и головой

За сам приезд в Японию гонщикам ничего не платят. Поначалу точно все в убыток: нужно потратиться на билет, проживание и питание во время учебы, покупку велосипеда – они тоже отличаются от стандартных, сертифицированы всего несколько брендов.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от Denis Dmitriev 🇷🇺 (@dmitrievden)

Если не знаешь японского, за свой счет нанимаешь переводчика. После четырех лет свое имя иероглифами я написать могу, но не более.

Весь заработок – призовые за результаты в гонках, перед началом каждой ты знаешь, сколько получишь за победу и каждое следующее место. Суммы никак не зависят от количества ставок на тебя или твой заезд. Ставки – один мир, гонки – другой. Выступаешь хорошо – ты в плюсе, не очень – в нуле или даже в минусе. Чтобы кто-то приезжал себе в убыток – случаи единичные, все-таки из-за границы приглашают только сильных гонщиков, способных показывать хорошие результаты и, соответственно, зарабатывать.

Некоторым топовым иностранцам бывает сложно перестроиться: гонки специфические, тактика отличается. Международные гонки – это коротко и быстро, а японский кейрин – не так быстро по скорости, значительно дольше. В Японии, например, финишный спринт гораздо длиннее. Не у всех получается адаптироваться. Еще разрешены контакты плечами, головой – многое зависит от наглости, инстинкта самосохранения. Бывает, видишь дырку между двумя гонщиками, которые впереди, понимаешь: если полезешь туда – с вероятностью 80 процентов упадешь, но остаются 20 процентов, что выиграешь. Толкать, подрезать соперников можно – народ там рубится конкретно.

За день до каждой гонки все велосипедисты дают интервью: рассказывают, в каком они состоянии, в каком настроении – зрителям нужно дать как можно больше информации. Все делятся ожиданиями – как будет строиться заезд, как собираются действовать в тех или иных обстоятельствах.

В принципе, ничего критичного, если ты поехал не по той тактике, которую анонсировал – особенно если выиграл. А вот если показал плохой результат, уже могут быть к тебе вопросы. То же самое с ответами про форму и состояние: если сказал, что ты в топ-форме, а потом провалил гонку – выглядит так себе. Хотя я в любом случае всегда говорю, что готов побеждать всех, что набрал лучшую форму в жизни – но и результат обычно показываю соответствующий.

Два лагеря, советский санаторий, стареющая аудитория

Один сезон в японском кейрине для нас длится с апреля по октябрь: при 180-дневном контракте тебе нужно быть в Японии постоянно, при 90-дневном – можно приезжать периодически, нужно только предоставить свои окна в сумме на эти 90 дней. Контракты подписывают на два сезона сразу. По первому контракту я выступал в 2014-м и 2015-м, по второму – в следующие два года. В 2018-м меня не пригласили – думаю, из-за плохой репутации российских спортсменов в целом, наверняка повлияло отстранение сборной России от Олимпиады в Корее. Надеюсь, в 2019-м пригласят снова.

Среди местных кейринистов есть два лагеря: кому-то интересно гоняться с иностранцами, с чемпионами мира и призерами Олимпиад, а часть велосипедистов настроена отрицательно – они убеждены, что мы приезжаем отобрать их деньги. Хотя в целом так и есть. Иногда чувствуешь себя немного униженным, ощущаешь, что к тебе относятся недружелюбно только потому, что ты из другой страны. И это не только про меня – с голландцами, австралийцами и всеми другими иностранцами точно так же. Хотя в основном японцы – классные ребята.

На трибунах очень мало молодых, в основном пожилые люди – это главная проблема японского кейрина. Аудитория просто-напросто умирает, а новую привлечь тяжело. Руководство лиги вносит очень мало изменений, совсем по чуть-чуть. Проект вышел на пик в 60-е, 70-е, и с тех пор почти ничего не изменилось: те же треки, та же форма, те же велосипеды. Поэтому все выглядит старомодно. Это как советский санаторий: если он дышит воздухом Советского Союза, старикам это будет привычно, им там может понравиться, а молодые туда просто не поедут. На мой взгляд, нужно переводить все в формат шоу, сделать гонки ярче, превратить в развлечение. Но лигой руководят пожилые люди, которые не видят смысла в изменениях.

Четыре дня без связи, олдскульный плеер

В разных префектурах в один день может быть параллельно до четырех гонок. За четыре года я побывал почти на всех треках – они похожи, но у каждого свои особенности. Есть велотрек на берегу океана, есть – в очень дождливом регионе и так далее. Где-то вираж длиннее, где-то наклон трассы отличается – различия чувствуются.

При каждом велотреке есть общежитие, в нем все необходимое для жизни: супермаркет, столовая – все это на закрытой территории. Гонщик обязан приехать до 12:00 предстартового дня. Перед тем как войти, нужно отключить все устройства с wi-fi, Bluetooth и так далее – сдаешь гаджеты на хранение под опись. Один этап может состоять из нескольких гонок в течение трех-четырех дней. В таком случае ты, когда входишь на территорию велотрека, отключаешься на эти дни от внешнего мира полностью. Все сделано, чтобы избежать махинаций на ставках, чтобы народ не договаривался.

Велосипедисты обычно перед стартом слушают музыку – приходится искать олдскульные плееры, где нет никакого Bluetooth. А чтобы можно было в общежитии кино посмотреть, беру с собой старый портативный DVD-проигрыватель – потому что с ноутбуком нельзя. Еще книжки начинаешь читать. На самом деле, мне нравится: за четыре дня без интернета и без связи голова освежается. Поговорить с кем-то из внешнего мира можно только в экстренной ситуации: надо прийти в офис, объяснить все – может быть, разрешат. И то не факт.

Насколько я знаю, каждый велотрек, каждая префектура отправляет в Японскую лигу кейрина свои пожелания-приглашения: хотим видеть Дмитриева у себя. По контракту ты можешь участвовать минимум в одном этапе за месяц, максимум – в двух. Сначала каждый приглашенный гонщик называет даты, когда он может быть в Японии, а дальше уже организаторы сами назначают конкретные гонки, в которых ты примешь участие. Узнаешь об этом уже на месте, когда прилетаешь в Японию.

Внутри лиги есть система классов. Все иностранцы гоняются в классе F, выше еще три ступени – но иностранцев туда не пускают, пока попасть туда невозможно.

Естественно, чем выше класс, тем выше призовые. А не пускают, я так понимаю, потому, что если приглашенные гонщики обыграют местных звезд, рейтинги японцев резко упадут. В классе F побеждать не так уж сложно, там уровень соперников все-таки не самый высокий.

Автор: Андрей Васильев.

рубрика
Интервью